Автор: dora_night_ru
Фэндом: Тайны Смолвилля
Пейринг: Кларк/Лекс
Дисклеймер: Все права на персонажей сериала принадлежат не мне. Насколько мне известно, его производители: DC Comics, Millar Gough Ink, Robbins Productions, Smallville 3 Films, Smallville Films, Tollin, Tollin/Robbins Productions, Warner Bros. Pictures Co., Warner Bros. Television. Блин, я никого не упустила?
Жанр: юмор, агнст (и попробуйте доказать мне обратное! В конце концов, Лекс ведь страдает! Местами…)
Рейтинг: NC-17
Саммари: они доигрались…
читать дальше
Лекс никогда не болел – последствия метеоритного дождя. Наверное, в этом всё дело. Нас всегда тянет на неизведанное. Не то чтобы младший Лутор ни разу не был в больнице. О нет, в реанимацию Лутор-сын попадал с завидной регулярностью. Хотя Лексу можно завидовать и без этого его «дара» (ну там внешность, связи… деньги, на худой конец, раз уж вы так меркантильны).
Но всё это не то. Лекс никогда не болел просто так. Чтобы чай с малиновым вареньем. И все с тобой носились. Переживали. Искренне переживали, а не делали вид, как некоторые сивобородые. Чтоб приглушенный свет. И подоткнутое одеяло. Можно даже плюшевого мишку. У Лекса, правда, таких нет, но он точно видел что-то похожее у Кларка на ферме.
В общем, идея поиграть в доктора принадлежала Лутору. Но во всем, что из этого вышло, все равно виноват был Кларк! Хотя бы потому, что Луторы виноватыми не бывают по определению…
– Ты что, уже лег? Так ведь и девяти нету…
– Я плохо себя чувствую, – да, вот так: голос слабый, безжизненный. Глазки прикрыты. И ручка трогательно свисает с кровати. Со стороны смотрится жалостно, но без лишнего пафоса – он специально проверял (зеркала только минут десять как унесли). – Что-то мне нехорошо…
– Может, ты отравился?
– Нет. Я с утра ничего не ел. Совсем аппетита нет.
– Опять какой-нибудь сверхъужасный проект?! Облучение? Яды? Чем ты там надышался?!
– Да нет же! Я просто заболел.
– Чем?!
– Ну не знаю… Чем там обычно болеют? Простуда? Грипп? Свинка?
Кларк облегченно перевел дыхание.
– Свинья.
– Странное название для детской болезни.
– Ты – свинья. Так меня пугать. А у тебя, мой милый, хроническое воспаление хитрости. Сезонное обострение. Вот счаз обижусь и уйду. И пусть тебя Лайонелл лечит. Он тебя на ноги на раз поставит!
– Кларк, ну подыграй мне! Что тебе жалко, что ли?
Кент усмехнулся.
– Ты хочешь поиграть в доктора?
– Ну да! Будешь моим доктором Хаусом?
– О боже! Не могу поверить! Всемогущий Лутор предлагает мне сыграть в доктора! А почему не в солдатиков?
– Солдатиков мне хватает в моей генной лаборатории! А если ты не хочешь играть со мной в доктора, я вызову себе шлюху из столичных эскорт-услуг и буду играть с нею в медсестру!
– О боже, больной, да у вас обострение! Вы уже бредите! Какие могут быть медсестры, если рядом ваш любимый доктор?
– Самый любимый…
– Если начался бред, то у вас, наверняка, температура.
– Э-э-э, может быть… А как мы это проверим?
– Ректально, разумеется.
– Это как?
Кларк демонстративно вжикнул молнией джинсов.
– Сейчас увидите, больной. А, впрочем, лучше один раз прочувствовать, чем сто раз увидеть.
– Доктор, а может, лучше я?..
– Ну что вы, больной, в вашем состоянии нельзя перенапрягаться!
Лекс подозрительно нахмурился:
– Что-то вы, доктор, выглядите слишком довольным. Нельзя же все-таки так радоваться чужим страданиям.
– О, больной, если б вы знали, как давно я мечтал измерить вам температуру! Ректально! – одежда с Кларка буквально слетала. Да так быстро, что Лекс даже не успел проводить ее глазами.
Кенту не верилось, что он наконец-то будет сверху.
– Э-э-э, доктор, я все-таки сомневаюсь на счет вашего градусника, – Лекс громко сглотнул. Передавать инициативу любовнику что-то не хотелось. В конце концов, им и так неплохо, правда ведь? – Что-то мне подсказывает, что это у вас опытный образец.
– Ну и что?
– Не хотелось бы мне быть вашим подопытным кроликом.
– А как же мне тогда опыта набираться? – Кларк даже обиделся. Не слишком, конечно, чтоб не испортить момент. Так, надулся слегка, чтоб вызвать у Лекса чувство вины.
– Ну, Кларк, солнышко, не дуйся, малыш… Папочка не хотел тебя обидеть…
– Не хочу «папочку»! Хочу «доктора»!
– Кла-а-арк…
Лекс одной рукой притянул к себе мальчишку, другой – нежно перебирая черные кучеряшки. Кларк охотно скользнул к нему под одеяло. Прижался поближе. Лизнул ямку на шее. Знает ведь, паршивец, что у Лутора это главная эрогенная зона! Рука Кента каким-то невероятным макаром оказалась в пижамных штанах Лекса. Не иначе, как суперскоростью воспользовался, суперказанова чертов! Точно суперскоростью – потому что пижамных штанов на Лексе уже вообще нету. Ну, это еще ладно…
А вот это уже стоп: твой пальчик между моих «булочек» идет в разрез с политикой партии!
– Кларк, – еще не арктический холод, но ветер точно откуда-то с севера.
– Ш-ш-ш, – какой упрямый мальчишка! – я же твой лечащий врач… личный доктор… мне лучше знать, как тебя лечить… Начнем, пожалуй, с массажа простаты.
Кларк нахально ткнулся пальцем прямо в дырочку Лекса. М-да, энтузиазма у мистера Кента через край, а ума – явно кот наплакал.
– Ай! Чтоб тебя с твоей суперсилой!
Теперь виноватым выглядел Кларк. Виноватым до слез. Черт, как же Лекс ненавидит, когда у любовника такое лицо! Готов придушить обидчика голыми руками.
Душить себя не хотелось. Быть снизу – тоже. Но у Кларка такой взгляд! Ладно, так уж и быть. Один раз – не диагноз.
Лекс тяжело вздохнул, смиряясь с поражением:
– Забудь на время о подготовке, Кларк, и вспомни лучше, что человеческая слюна содержит болеутоляющее вещество собственного производства.
– Чего?
– Палец оближи, придурок! А еще лучше: оближи всё!
Кларк осуждающе поцокал языком:
– Какой нервный пациент мне достался. А ведь все болезни от нервов. Вам надо их лечить. Оргазмами, например. Регулярная половая жизнь крайне удовлетворительно влияет на эмоциональное состояние.
– Так то – удовлетворительная!
– Ну держись!
Кларк одним движением перевернул Лекса на живот и раздвинул ему ноги. Хорошая все-таки у Лутора растяжка: готовился, видать.
Кларк высунул язык, постаравшись сделать его как можно более плоским, осторожненько обеими руками раздвинул «створки рая» и медленно лизнул. Еще раз. Снова. Губами помассажировал стеночки. И попробовал пропихнуть язык внутрь. Получилось не очень. Но ведь получилось? Кларк хорошенько вылизал стенки и анус и решил, что звездный час его пальчиков наконец-то настал. Главное – помнить про «болеутоляющее вещество собственного производства».
Лекс шумно дышал. Спина часто вздымалась. Голосу он уже не доверял. Между тем Кларк придвинулся ближе и, без всякого предупреждения, вдруг заменил палец своим далеко немаленьким членом. И медленно начал входить в Лекса. Потом остановился, давая время привыкнуть. Затем вошел еще немного и остановился, чтобы снова начать выцеловывать луторовскую шею. Черт, это все-таки запрещенный прием!
Кларк снова начал двигаться, короткими отрывистыми движениями, которые постепенно становились более длинными и плавными. Лекс даже не успел понять, когда тот успел войти в него полностью, лишь почувствовал, как яйца и волосы на лобке любовника коснулись его задницы. Кларк успел двинуться еще пару раз, Лекс вздрогнул – и отчаянно кончил, даже не коснувшись собственного члена. По телу прокатилась дрожь наслаждения.
Способность соображать вернулась к мистеру Анализируй-всё только через несколько минут. Впрочем, на этот раз результаты анализов пациента порадовали. Определенно порадовали. Член Кларка все еще был внутри. И он все еще был твердым.
– Продолжим… лечение… доктор?
– Определенно, пациент, – в голосе Кларка определенно слышалась усмешка.
Лекс почувствовал, как мышцы живота сжимаются от предвкушения. Рука Кларка скользнула ему под живот. Кларк качнулся бедрами. Рука тоже ожила. Бедра. Рука. Бедра… Второй оргазм не заставил себя долго ждать.
Лекс обессилено растянулся на кровати, чувствуя, как обмякший член Кларка выскальзывает из него, и пытаясь проанализировать, как быстро после всего этого он снова сможет ходить.
– Как самочувствие, пациент?
– Спасибо, доктор, мне уже лучше. Ваше лечение творит чудеса.
За всё в этой жизни надо платить. Лекс всегда это знал. Не знал только, что за любовника-инопланетянина придется расплачиваться вот так.
Лекс никогда не болел – последствия метеоритного дождя. Но в то утро его почему-то стошнило. Потом еще раз. И снова. В общем, он полдня обнимался с унитазом. В итоге до постели пришлось ползти по стеночке.
Прежде чем тянуться к телефону, нажимать цифры и напрягать горло, общаясь с врачом компании, Лекс решил дать измученному телу пару минут отдыха. Всего каких-то пару минут. Вот только он не учел, что мозг-то как-то и не напрягался. Его супергениальный мозг, истосковавшийся за утро без анализа. И теперь кинувшийся анализировать всё подряд. Включая симптомы.
Утренняя тошнота. Где-то мы это уже слышали…
Мать же ж твою! И бабку ее с дедкой!!!
От пришедшей в голову догадки (просто догадки! Никаких доказательств! Их просто не может быть!) Лекса чуть не стошнило снова. Не стошнило. Зато прошиб холодный пот.
Черт, он ведь мужчина!
А Кларк – пришелец.
Черт, черт, черт! Все-таки, прежде чем трахаться с пришельцем стоило почитать методичку «Как размножаются криптонцы».
Ладно, фиг с тем, что он – мужчина, но он же, мать твою, Лутор! Отец его прибьет. Нет, он сам повесится. В саду есть подходящая осина. Для Лайонелла растил, в каждый его приезд намекал, что пора б тебе, папочка, меня осчастливить. А вот гляди ж ты, для себя пригодилась.
Стоп. Спокойно. Один раз – не диагноз. В смысле, один симптом – не показатель. Надо сделать анализы. Ага, в Луторкорп. Можно сразу при всем совете директоров. Кажется, так ставили беременность европейским монархиням? При всем дворе, чтоб его?
Ладно, есть подручные средства. Тесты там всякие. Точно, надо достать тест! И инструкцию к нему…
– Черт, жаль, что мы уже сверстали номер! Такая передовица пропадает!
– В чем дело, Хлоя? Ты прям светишься. Раскрыла очередную махинацию школьного совета?
– Ребята, вы не поверите, кого я только что видела в аптеке. Ну?
– Хэнка Баскетта.
– Ты можешь думать о чем-нибудь, кроме футбола, Пит?
– Ну тогда, прозревшую миссис Гудвики.
– А у тебя, Кларк, есть идеи?
– Тень отца Гамлета?
– Да забудь ты о контрольной по литературе! Перед смертью не надышишься.
– Ладно, мы сдаемся. Кого ты видела?
Хлоя подобно Офелии в исполнении блистательной Джин Симмонс выждала положенную драматическую паузу и трагическим шепотом выпалила на одном дыхании:
– Лекса Лутора!
Ребята недоуменно переглянулись.
– Ну и что? Тебя так удивило, что Луторы иногда заходят в аптеки?
– Он купил тест на беременность. Черт, он скупил все тесты на беременность, что только были у мистера Роббинса! И судя по его разнесчастному виду, какая-то вертихвостка скоро отгребет нехилое такое количество бабок! – Будущая звезда «Дэйлиплэнет» вцепилась себе в волосы. – Ну почему я не взяла с собой фотоаппарат?
Пит попытался утешить подругу:
– Хлоя, перестань. «Факел» не напечатал бы такое. Черт, никто не напечатал бы такое. Это же просто слухи. Сплетни.
– Это повод для расследования!
– Для желтой прессы? Никого, кроме таблоидов, не интересуют ублюдки Луторов. Ты ведь не собираешься работать в таблоиде? Верно я говорю, Кларк? Э-э-э… Кларк? А куда он делся?
Лекс сидел в ванной комнате и смотрел на пол, засыпанный тестами. 52 теста. На каждом из которых четко прописан диагноз: «Ты идиот, Лекс». Надо же, даже Луторы бывают идиотами.
Зато они не бывают беременными. Слава и хвала тебе, Господь милосердный!
Как он только додумался до такого? Может, папашка опять дрянь какую в его выпивку подмешал? Или сегодня затмение. Точно, затмение мозга. Что ж ты так, аналитик херов?
А премии в миллион баксов, видимо, придется подождать. Ну и ладушки, Лексу и его миллиардов хватает.
– И что показал тест? Кто счастливая мама? – Лекс еще никогда не слышал у Кларка такого спокойного голоса… мягких интонаций… И никогда не видел настолько злобно прищуренных глаз.
– Это не я, – поспешил он поделиться с любовником своей главной сегодняшней радостью.
– Что – не ты?
– Мама – не я!
– Что ты не мама – это я понимаю. Я понять не могу, когда ты успел стать папой?
– Каким папой?
Видимо, мозг таки обиделся на «идиота» и подсказывать Лексу отказался на отрез.
– Кому ты сделал ребенка, Александр? Ты был пьян? Действие метеоритов? Генетический эксперимент? Скажи, что это было искусственное оплодотворение! Или она изнасиловала тебя в бессознательном состоянии! Кто это был?! Лана? Я всегда подозревал, что «Тэйлон» – это просто предлог…
– Погоди, Кларк, ты что несешь?
– Зачем тебе понадобились тесты на беременность, ёб твою мать?!!
До этого момента Лекс Лутор был твердо уверен в трех вещах: Земля – круглая, Луторы никогда не проигрывают, а Кларк Кент никогда не ругается матом.
Может, и с Землей Галилей чего напутал?
– Я проверял… – теперь, когда эту дурь нужно было произнести вслух, весь идиотизм его дневного заключения раскрывался перед Лексом во всей красе. Даже повторять такую ахинею не поворачивался язык. – Я проверял одну… теорию. О том, как размножаются криптонцы.
– Что? – ярость сменилась недоумением. Уже неплохо.
– Мне показалось… Так, слегка… Наверно, это от недосыпания… В принципе, это неважно…
Кларк внимательный посмотрел на разбросанные тесты. Просканировал их. Сложил в уме два и два…
– О боже! Ты подумал, что беременный?! От меня?
– Ну-у-у… кто вас пришельцев знает? Ты же отказываешься участвовать в моих исследованиях! А когда я сам пытаюсь что-то узнать, жутко обижаешься, – «если узнаёшь, но уточнять не стоит».
– Так вот почему ты никогда не позволял мне быть сверху? – Кларк уже откровенно ржал.
Лекс почувствовал себя еще большим идиотом, чем когда ссал на эти дурацкие тесты.
– О Господи, Лекс, поверить не могу! Ну у тебя и фантазия!
Так, похоже Кента пора отвлечь. Просто необходимо.
– О да! Моя фантазия. Моя гря-а-азная фантазия, – это особая интонация. Специально для Кларка. Безотказный метод. Гляди ж ты, ему уже не до смеха.
– Очень грязная?
– Я ведь Лутор.
– Значит, ее нужно срочно вымыть.
Кларк толкнул Лекса в душевую. Яростно рванул на груди рубашку. Пережитое волнение бурлило в крови неостывающей магмой. Похоже, сегодня будет извержение вулкана. Прощай, Помпея.
Они разделись в рекордные сроки. Воду Лекс отрегулировал на ощупь. Затем потянулся за цитрусовой смазкой, осторожно отводя руку Кларка подальше от своих ягодиц.
– Давай все-таки я буду сверху. Так, на всякий случай…
Но всё это не то. Лекс никогда не болел просто так. Чтобы чай с малиновым вареньем. И все с тобой носились. Переживали. Искренне переживали, а не делали вид, как некоторые сивобородые. Чтоб приглушенный свет. И подоткнутое одеяло. Можно даже плюшевого мишку. У Лекса, правда, таких нет, но он точно видел что-то похожее у Кларка на ферме.
В общем, идея поиграть в доктора принадлежала Лутору. Но во всем, что из этого вышло, все равно виноват был Кларк! Хотя бы потому, что Луторы виноватыми не бывают по определению…
– Ты что, уже лег? Так ведь и девяти нету…
– Я плохо себя чувствую, – да, вот так: голос слабый, безжизненный. Глазки прикрыты. И ручка трогательно свисает с кровати. Со стороны смотрится жалостно, но без лишнего пафоса – он специально проверял (зеркала только минут десять как унесли). – Что-то мне нехорошо…
– Может, ты отравился?
– Нет. Я с утра ничего не ел. Совсем аппетита нет.
– Опять какой-нибудь сверхъужасный проект?! Облучение? Яды? Чем ты там надышался?!
– Да нет же! Я просто заболел.
– Чем?!
– Ну не знаю… Чем там обычно болеют? Простуда? Грипп? Свинка?
Кларк облегченно перевел дыхание.
– Свинья.
– Странное название для детской болезни.
– Ты – свинья. Так меня пугать. А у тебя, мой милый, хроническое воспаление хитрости. Сезонное обострение. Вот счаз обижусь и уйду. И пусть тебя Лайонелл лечит. Он тебя на ноги на раз поставит!
– Кларк, ну подыграй мне! Что тебе жалко, что ли?
Кент усмехнулся.
– Ты хочешь поиграть в доктора?
– Ну да! Будешь моим доктором Хаусом?
– О боже! Не могу поверить! Всемогущий Лутор предлагает мне сыграть в доктора! А почему не в солдатиков?
– Солдатиков мне хватает в моей генной лаборатории! А если ты не хочешь играть со мной в доктора, я вызову себе шлюху из столичных эскорт-услуг и буду играть с нею в медсестру!
– О боже, больной, да у вас обострение! Вы уже бредите! Какие могут быть медсестры, если рядом ваш любимый доктор?
– Самый любимый…
– Если начался бред, то у вас, наверняка, температура.
– Э-э-э, может быть… А как мы это проверим?
– Ректально, разумеется.
– Это как?
Кларк демонстративно вжикнул молнией джинсов.
– Сейчас увидите, больной. А, впрочем, лучше один раз прочувствовать, чем сто раз увидеть.
– Доктор, а может, лучше я?..
– Ну что вы, больной, в вашем состоянии нельзя перенапрягаться!
Лекс подозрительно нахмурился:
– Что-то вы, доктор, выглядите слишком довольным. Нельзя же все-таки так радоваться чужим страданиям.
– О, больной, если б вы знали, как давно я мечтал измерить вам температуру! Ректально! – одежда с Кларка буквально слетала. Да так быстро, что Лекс даже не успел проводить ее глазами.
Кенту не верилось, что он наконец-то будет сверху.
– Э-э-э, доктор, я все-таки сомневаюсь на счет вашего градусника, – Лекс громко сглотнул. Передавать инициативу любовнику что-то не хотелось. В конце концов, им и так неплохо, правда ведь? – Что-то мне подсказывает, что это у вас опытный образец.
– Ну и что?
– Не хотелось бы мне быть вашим подопытным кроликом.
– А как же мне тогда опыта набираться? – Кларк даже обиделся. Не слишком, конечно, чтоб не испортить момент. Так, надулся слегка, чтоб вызвать у Лекса чувство вины.
– Ну, Кларк, солнышко, не дуйся, малыш… Папочка не хотел тебя обидеть…
– Не хочу «папочку»! Хочу «доктора»!
– Кла-а-арк…
Лекс одной рукой притянул к себе мальчишку, другой – нежно перебирая черные кучеряшки. Кларк охотно скользнул к нему под одеяло. Прижался поближе. Лизнул ямку на шее. Знает ведь, паршивец, что у Лутора это главная эрогенная зона! Рука Кента каким-то невероятным макаром оказалась в пижамных штанах Лекса. Не иначе, как суперскоростью воспользовался, суперказанова чертов! Точно суперскоростью – потому что пижамных штанов на Лексе уже вообще нету. Ну, это еще ладно…
А вот это уже стоп: твой пальчик между моих «булочек» идет в разрез с политикой партии!
– Кларк, – еще не арктический холод, но ветер точно откуда-то с севера.
– Ш-ш-ш, – какой упрямый мальчишка! – я же твой лечащий врач… личный доктор… мне лучше знать, как тебя лечить… Начнем, пожалуй, с массажа простаты.
Кларк нахально ткнулся пальцем прямо в дырочку Лекса. М-да, энтузиазма у мистера Кента через край, а ума – явно кот наплакал.
– Ай! Чтоб тебя с твоей суперсилой!
Теперь виноватым выглядел Кларк. Виноватым до слез. Черт, как же Лекс ненавидит, когда у любовника такое лицо! Готов придушить обидчика голыми руками.
Душить себя не хотелось. Быть снизу – тоже. Но у Кларка такой взгляд! Ладно, так уж и быть. Один раз – не диагноз.
Лекс тяжело вздохнул, смиряясь с поражением:
– Забудь на время о подготовке, Кларк, и вспомни лучше, что человеческая слюна содержит болеутоляющее вещество собственного производства.
– Чего?
– Палец оближи, придурок! А еще лучше: оближи всё!
Кларк осуждающе поцокал языком:
– Какой нервный пациент мне достался. А ведь все болезни от нервов. Вам надо их лечить. Оргазмами, например. Регулярная половая жизнь крайне удовлетворительно влияет на эмоциональное состояние.
– Так то – удовлетворительная!
– Ну держись!
Кларк одним движением перевернул Лекса на живот и раздвинул ему ноги. Хорошая все-таки у Лутора растяжка: готовился, видать.
Кларк высунул язык, постаравшись сделать его как можно более плоским, осторожненько обеими руками раздвинул «створки рая» и медленно лизнул. Еще раз. Снова. Губами помассажировал стеночки. И попробовал пропихнуть язык внутрь. Получилось не очень. Но ведь получилось? Кларк хорошенько вылизал стенки и анус и решил, что звездный час его пальчиков наконец-то настал. Главное – помнить про «болеутоляющее вещество собственного производства».
Лекс шумно дышал. Спина часто вздымалась. Голосу он уже не доверял. Между тем Кларк придвинулся ближе и, без всякого предупреждения, вдруг заменил палец своим далеко немаленьким членом. И медленно начал входить в Лекса. Потом остановился, давая время привыкнуть. Затем вошел еще немного и остановился, чтобы снова начать выцеловывать луторовскую шею. Черт, это все-таки запрещенный прием!
Кларк снова начал двигаться, короткими отрывистыми движениями, которые постепенно становились более длинными и плавными. Лекс даже не успел понять, когда тот успел войти в него полностью, лишь почувствовал, как яйца и волосы на лобке любовника коснулись его задницы. Кларк успел двинуться еще пару раз, Лекс вздрогнул – и отчаянно кончил, даже не коснувшись собственного члена. По телу прокатилась дрожь наслаждения.
Способность соображать вернулась к мистеру Анализируй-всё только через несколько минут. Впрочем, на этот раз результаты анализов пациента порадовали. Определенно порадовали. Член Кларка все еще был внутри. И он все еще был твердым.
– Продолжим… лечение… доктор?
– Определенно, пациент, – в голосе Кларка определенно слышалась усмешка.
Лекс почувствовал, как мышцы живота сжимаются от предвкушения. Рука Кларка скользнула ему под живот. Кларк качнулся бедрами. Рука тоже ожила. Бедра. Рука. Бедра… Второй оргазм не заставил себя долго ждать.
Лекс обессилено растянулся на кровати, чувствуя, как обмякший член Кларка выскальзывает из него, и пытаясь проанализировать, как быстро после всего этого он снова сможет ходить.
– Как самочувствие, пациент?
– Спасибо, доктор, мне уже лучше. Ваше лечение творит чудеса.
За всё в этой жизни надо платить. Лекс всегда это знал. Не знал только, что за любовника-инопланетянина придется расплачиваться вот так.
Лекс никогда не болел – последствия метеоритного дождя. Но в то утро его почему-то стошнило. Потом еще раз. И снова. В общем, он полдня обнимался с унитазом. В итоге до постели пришлось ползти по стеночке.
Прежде чем тянуться к телефону, нажимать цифры и напрягать горло, общаясь с врачом компании, Лекс решил дать измученному телу пару минут отдыха. Всего каких-то пару минут. Вот только он не учел, что мозг-то как-то и не напрягался. Его супергениальный мозг, истосковавшийся за утро без анализа. И теперь кинувшийся анализировать всё подряд. Включая симптомы.
Утренняя тошнота. Где-то мы это уже слышали…
Мать же ж твою! И бабку ее с дедкой!!!
От пришедшей в голову догадки (просто догадки! Никаких доказательств! Их просто не может быть!) Лекса чуть не стошнило снова. Не стошнило. Зато прошиб холодный пот.
Черт, он ведь мужчина!
А Кларк – пришелец.
Черт, черт, черт! Все-таки, прежде чем трахаться с пришельцем стоило почитать методичку «Как размножаются криптонцы».
Ладно, фиг с тем, что он – мужчина, но он же, мать твою, Лутор! Отец его прибьет. Нет, он сам повесится. В саду есть подходящая осина. Для Лайонелла растил, в каждый его приезд намекал, что пора б тебе, папочка, меня осчастливить. А вот гляди ж ты, для себя пригодилась.
Стоп. Спокойно. Один раз – не диагноз. В смысле, один симптом – не показатель. Надо сделать анализы. Ага, в Луторкорп. Можно сразу при всем совете директоров. Кажется, так ставили беременность европейским монархиням? При всем дворе, чтоб его?
Ладно, есть подручные средства. Тесты там всякие. Точно, надо достать тест! И инструкцию к нему…
– Черт, жаль, что мы уже сверстали номер! Такая передовица пропадает!
– В чем дело, Хлоя? Ты прям светишься. Раскрыла очередную махинацию школьного совета?
– Ребята, вы не поверите, кого я только что видела в аптеке. Ну?
– Хэнка Баскетта.
– Ты можешь думать о чем-нибудь, кроме футбола, Пит?
– Ну тогда, прозревшую миссис Гудвики.
– А у тебя, Кларк, есть идеи?
– Тень отца Гамлета?
– Да забудь ты о контрольной по литературе! Перед смертью не надышишься.
– Ладно, мы сдаемся. Кого ты видела?
Хлоя подобно Офелии в исполнении блистательной Джин Симмонс выждала положенную драматическую паузу и трагическим шепотом выпалила на одном дыхании:
– Лекса Лутора!
Ребята недоуменно переглянулись.
– Ну и что? Тебя так удивило, что Луторы иногда заходят в аптеки?
– Он купил тест на беременность. Черт, он скупил все тесты на беременность, что только были у мистера Роббинса! И судя по его разнесчастному виду, какая-то вертихвостка скоро отгребет нехилое такое количество бабок! – Будущая звезда «Дэйлиплэнет» вцепилась себе в волосы. – Ну почему я не взяла с собой фотоаппарат?
Пит попытался утешить подругу:
– Хлоя, перестань. «Факел» не напечатал бы такое. Черт, никто не напечатал бы такое. Это же просто слухи. Сплетни.
– Это повод для расследования!
– Для желтой прессы? Никого, кроме таблоидов, не интересуют ублюдки Луторов. Ты ведь не собираешься работать в таблоиде? Верно я говорю, Кларк? Э-э-э… Кларк? А куда он делся?
Лекс сидел в ванной комнате и смотрел на пол, засыпанный тестами. 52 теста. На каждом из которых четко прописан диагноз: «Ты идиот, Лекс». Надо же, даже Луторы бывают идиотами.
Зато они не бывают беременными. Слава и хвала тебе, Господь милосердный!
Как он только додумался до такого? Может, папашка опять дрянь какую в его выпивку подмешал? Или сегодня затмение. Точно, затмение мозга. Что ж ты так, аналитик херов?
А премии в миллион баксов, видимо, придется подождать. Ну и ладушки, Лексу и его миллиардов хватает.
– И что показал тест? Кто счастливая мама? – Лекс еще никогда не слышал у Кларка такого спокойного голоса… мягких интонаций… И никогда не видел настолько злобно прищуренных глаз.
– Это не я, – поспешил он поделиться с любовником своей главной сегодняшней радостью.
– Что – не ты?
– Мама – не я!
– Что ты не мама – это я понимаю. Я понять не могу, когда ты успел стать папой?
– Каким папой?
Видимо, мозг таки обиделся на «идиота» и подсказывать Лексу отказался на отрез.
– Кому ты сделал ребенка, Александр? Ты был пьян? Действие метеоритов? Генетический эксперимент? Скажи, что это было искусственное оплодотворение! Или она изнасиловала тебя в бессознательном состоянии! Кто это был?! Лана? Я всегда подозревал, что «Тэйлон» – это просто предлог…
– Погоди, Кларк, ты что несешь?
– Зачем тебе понадобились тесты на беременность, ёб твою мать?!!
До этого момента Лекс Лутор был твердо уверен в трех вещах: Земля – круглая, Луторы никогда не проигрывают, а Кларк Кент никогда не ругается матом.
Может, и с Землей Галилей чего напутал?
– Я проверял… – теперь, когда эту дурь нужно было произнести вслух, весь идиотизм его дневного заключения раскрывался перед Лексом во всей красе. Даже повторять такую ахинею не поворачивался язык. – Я проверял одну… теорию. О том, как размножаются криптонцы.
– Что? – ярость сменилась недоумением. Уже неплохо.
– Мне показалось… Так, слегка… Наверно, это от недосыпания… В принципе, это неважно…
Кларк внимательный посмотрел на разбросанные тесты. Просканировал их. Сложил в уме два и два…
– О боже! Ты подумал, что беременный?! От меня?
– Ну-у-у… кто вас пришельцев знает? Ты же отказываешься участвовать в моих исследованиях! А когда я сам пытаюсь что-то узнать, жутко обижаешься, – «если узнаёшь, но уточнять не стоит».
– Так вот почему ты никогда не позволял мне быть сверху? – Кларк уже откровенно ржал.
Лекс почувствовал себя еще большим идиотом, чем когда ссал на эти дурацкие тесты.
– О Господи, Лекс, поверить не могу! Ну у тебя и фантазия!
Так, похоже Кента пора отвлечь. Просто необходимо.
– О да! Моя фантазия. Моя гря-а-азная фантазия, – это особая интонация. Специально для Кларка. Безотказный метод. Гляди ж ты, ему уже не до смеха.
– Очень грязная?
– Я ведь Лутор.
– Значит, ее нужно срочно вымыть.
Кларк толкнул Лекса в душевую. Яростно рванул на груди рубашку. Пережитое волнение бурлило в крови неостывающей магмой. Похоже, сегодня будет извержение вулкана. Прощай, Помпея.
Они разделись в рекордные сроки. Воду Лекс отрегулировал на ощупь. Затем потянулся за цитрусовой смазкой, осторожно отводя руку Кларка подальше от своих ягодиц.
– Давай все-таки я буду сверху. Так, на всякий случай…